oper_1974 (oper_1974) wrote,
oper_1974
oper_1974

Как советские менты посетили Америку. 1992 г.

Сегодня, когда в сети всерьез обсуждают перспективы боевых действий между Россией и США из-за Сирии, а сами власти двух стран признают, что отношения между ними, мягко говоря, недружественные, уже с трудом верится, что недавно все было иначе.

Однако еще не состарились те, кто помнит и лично участвовал в том кратком пире дружбы с Америкой в начале 90-х, когда казалось, что холодная война завершилась примирением и стала предметом для шуток.

Полковник милиции в отставке Александр Обойдихин рассказал о том, как он в числе первых советских силовиков ступил на американскую землю, чтобы перенять опыт вертолетной полицейской службы и применить его в России.



swar-pic905-895x505-94271

"Опыт работы переводчиком у меня уже был. Я работал в этом качестве с делегациями американских полицейских, которые стали приезжать к нам с 1989 года. Хорошее знание языка у меня еще с английской спецшколы, потом продолжал его изучение уже для себя, в качестве хобби.

Команду будущего вертолетного отдела возглавил Михаил Терехов, который прежде был начальником 5-го отдела ГАИ Москвы. По возвращении из Штатов я стал его заместителем.

В один хороший весенний день 1992 года нам объявили о вылете. Собрались с вещами у мэрии на Тверской, чтобы получить необходимые документы. Виз у нас не было, только загранпаспорта.

Я приехал в шинели с новыми майорскими погонами. Меня попросили лететь в форме. В мэрии мы порядочно задержались. Как раз в это время велись переговоры с американцами. Мне их содержание неизвестно.

И вот уже во второй половине дня, наконец, выехали мы на микроавтобусах в Белоруссию. Откуда мы должны были вылететь с военного аэродрома на военном же «Руслане».

В самолете никаких кресел не было, расположились мы в хвостовой части. «Руслан» этот шел в Америку за гуманитарным грузом - продуктами и вещами. Туда он отправлялся пустой.

Мы летели двое суток. Через Камчатку. И уже почти над Беринговым проливом узнали, что без виз нас в страну не пустят и если мы все же прибудем на Аляску, то нас всех арестуют и отвезут в тюрьму. Плюс еще штраф придется заплатить.

Что делать, было непонятно. Летчики сказали, надо садиться на камчатском военном аэродроме. А потом пришла информация, что нам все же разрешили сесть на известной военно-воздушной базе в Анкоридже. И на месте уже будет решаться вопрос с визами.

После приземления в Аляске, мы до ужаса боялись миграционной службы, которая должна проверить самолет. Мы боялись за наш груз, а мы везли много ящиков тушенки, сгущенки и... водки.

Почему водку? Да потому что американские полицейские до этого посещали Москву и были в большом восторге от нашей водки. Лучшего сувенира, к тому же достаточно доступного, представить себе было нельзя.

gorky6

Этот груз был рассчитан на весь период обучения, чтобы мы могли экономить наши скромные суточные 20 долларов в день.

Ну и вот мы накрыли ящики брезентом и поставили сверху одну бутылку водки, точнее графин, водка была в графинах. Открыли тушенку и сгущенки - накрыли на стол.

Зашли американцы, проверили документы и спросили, везем ли мы какой-то груз, продукты. Мы ответили, что немножко есть, и пригласили их разделить с нами трапезу.

Они доброжелательно ответили, что, мол, нам не надо, доедайте сами, и удалились.

А на летном поле выстроился военный почетный караул с винтовками. Американцы нас таким образом приветствовали. Так как я был выше остальных наших ребят и единственным человеком в форме, да к тому же свободно говорил по-английски, то, независимо от того, что с нами был подполковник армии Аваков — главный от нашей делегации, американцы подошли ко мне и рапортовали мне.

Потом нам предложили покушать, а мы переживали о том, сколько это будет стоить, и вежливо отказались. Но после американцы объяснили, что все бесплатно, и тогда я впервые увидел, что такое настоящий шведский стол и разнообразие блюд. Это была обычная столовая для летчиков.

Сразу же заметили улыбчивые лица. Люди впервые увидели русских, и сразу возникло море вопросов. Для них было дико, что русский хорошо знает английский.

Они думали, что у нас все ходят в лаптях, а в Москве никогда не бывает плюсовой температуры. Это были стандартные вопросы, на которые приходилось отвечать.

4105441_original

Прилетели в Даллас. Сама академия находилась рядом с ним, по пути в Форт-Уэрт. Нас встретили, отвезли в гостиницу Лексингтон - это знаменитая сеть придорожных отелей. Расселили по два человека в номер.

Холодильника там не было, что для Техаса с 40-градусной жарой было неприятно. Но мы же русские! Кондиционер был. Настенный. И мы могли что угодно охлаждать, положив прямо на него.

Еще раз отмечу, что простые американцы о русских там практически ничего не знали. Когда устраивались в отеле, то нас спросили, откуда мы. Из Москвы? Из какой Москвы, ведь у них тоже есть такой город.

Сказал, что из Советского Союза, и у меня спросили, а что это и где это? В итоге парень, который нас оформлял, так и не понял и написал у себя в журнале: «недалеко от Лос-Анджелеса».

Мне было непонятно, на каком языке разговаривают местные жители. Даже спросил их об этом, а в ответ услышал: «мы говорим по-техасски».

Что-то они смешивают из нескольких языков, что-то проглатывают. Даже вместо простого «yes» у них «yep». Нужно было привыкнуть - и я смотрел техасские телеканалы.

Рядом поляки обучались. Они, кстати, и жили в нашем отеле. Завтрак и ужин входили в стоимость проживания. Опять же шведский стол: сколько хочешь, столько и ешь. Булочки, сэндвичи... да что угодно! А вечером выкладывалось пиво и вино, чем поляки активно пользовались.

С собой в академию мы брали тушенку со сгущенкой. На обеденный перекус. Садились там, открывали тушенку обычным ножом. Американцы смотрели на это раскрыв рот и все гадали, что мы едим из этих банок, спрашивали. Мы, шутя, отвечали: «Второй фронт».

Шутки наши американцы понимали хорошо, и это помогало наладить контакт.

Старались держать себя в строгости, несмотря на окружающее изобилие. Если и возьмем баночку пива, то в карман положим. И на виду не пьем. Поляки же вели себя развязнее.

Учеба шла с утра до пяти вечера. А потом была работа с американскими полицейскими, которые показывали нам на практике, как взаимодействуют патрульные с вертолетчиками.

2535076_original

Большую помощь по приезде нам оказал Володя Крамаров. Это наш бывший дипработник, который был направлен в США из СССР, да так там и остался вместе с семьей. Работал теперь на компанию Bell.

Он помогал с переводами, с культурной программой. Мы ужинали у них дома и узнали о трудностях, которые испытывают эмигранты в плане построения карьеры и решения других вопросов.

Однако зарплату Крамаров получал все же неплохую - 5 тысяч долларов в месяц. Полицейские там, для сравнения, зарабатывали тогда 2,5 тысячи.

Запомнились сами преподаватели. Летчики, как правило, были бывшими военнослужащими, прошедшими Вьетнам. Вот Чарли Кларк, к примеру. Человек, потерявший в боях глаз и заработавший еще несколько ранений. Как же он восхищался русскими пилотами!

«Ну и летчики у вас. Просто фантастика!» При этих словах он задирал штанину и показывал: «Вот сюда пуля вошла ваша калашниковская, а отсюда вышла».

Они там на «Хью Кобрах» летали, а наши - на Ми-24. Заходили бывало друг другу в лоб. «Никогда русские не отворачивали, мы уворачивались сами. А у нас хорошая броня лобовая, ее не пробьешь, и ваши как раз били в бок, когда мы уходили от столкновения…», - говорил этот ветеран.

А потом с удовольствием водочку пил, к себе домой приглашал. Он — коллекционер оружия, показывал нам свои карабины, винтовки, автоматы. Доброжелательность исходила от него исключительная.

1194203_original

Единственное, конечно, жмотничество американское проявлялось то и дело. Звали нас, бывало, в гости вечером, а мы старались экономить как-то. Думали, что раз пригласили, то, наверное, накормят бесплатно. Так принято же у нас в России! А американцы выставляли оранжджус свой и говорили: «Ну, давайте водочку свою ставьте». «А закусить?» — «Не надо, она и так у вас классная».

И мы уже не знали что сказать, терялись. Один раз, второй так произошло. А потом я уже в открытую сказал, что так нельзя. Получился откровенный разговор, в процессе которого нас расспросили о зарплате. Я ответил, что в переводе на доллары мы получали тогда сотню в месяц.

Они удивлялись, как такое может быть, и думали, что мы шутим. Потом они уже пересказали друг другу, что с деньгами у этих русских не густо, и после этого нас встречали с закуской. Но! Спрашивали, сколько нас будет.

Я говорю: да какая вам разница? Может, один кто-то не приедет. А мне отвечают, что им надо знать, сколько точно стейков купить и приготовить... Но стейки эти, правда, такие, что взрослый мужчина наедается с одной порции.

Местные полицейские приглашали нас к себе, показывали, чем живут. Один из них строил в то время дом — одноэтажный такой, большой по площади. Внутренний дворик с бассейном. А с внешней стороны даже заборов нет — подъезжаешь прямо к домику. И так там у большинства.

Коп этот 300 тысяч долларов получил в кредит на этот дом под три процента годовых на 30 лет.

Но интересно, что когда он увидел у меня в кошельке стодолларовые купюры (а я часто расплачивался за всю группу), то попросил посмотреть. Оказывается, он такие крупные купюры в глаза-то не видел. Почему? Мало там оставляют на жизнь, буквально 500 долларов из 2,5 тысяч.

Большая часть зарплаты уходит на кредиты, медстраховки. Если семья из четырех человек, то значит, у нее четыре машины плюс еще какой-то микроавтобус — чтобы вместе путешествовать. И все это покупается в кредит.

51

Ездили с местными полицейскими в настоящие патрули. Я в своей милицейской форме. В рубашке. Без кителя. У меня был значок московской милиции. Я его нацепил, учитывая, что у них у всех бляхи. С одним полицейским мы потом махнулись.

Меня вооружали дубинкой, но запрещали вмешиваться в процесс общения с людьми. Задние двери американской полицейской машины открываются только снаружи, так что каждый раз мне нужно было ждать, пока откроют.

Главным предметом изучения была организация правильного взаимодействия наземных и воздушных патрулей. Вертолетчик должен уметь правильно наводить офицеров на какие-то точки. При этом он никогда ни в кого не стреляет, поэтому и по самому вертолету преступники очень редко когда стреляют…

Во время этих поездок происходили разные случаи. Один раз на пустыре была большая драка - человек двадцать на двадцать. Это под Форт-Уэртом.

Я думал, сейчас мы туда побежим втроем и нас там убьют, но побежали мои американские спутники вдвоем, напарники - мужчина и женщина, а мне строго приказали не вмешиваться.

Подбежали к дерущимся, гаркнули на них, и те сразу легли на землю. Человек сорок было, и никто не шевелился, смирно так лежали. Полицейские даже пистолеты не доставали. Через двадцать минут подъехали машины, хулиганов туда погрузили и отвезли сразу в тюрьму, где уже работала группа разбора.

Второй случай, который мне запомнился, когда в доме заперся какой-то вооруженный семьянин, держал там насильно жену с ребенком. И вот мы приехали. Стали вести переговоры через дверь.

Полицейские даже не пытались ни войти, ни ворваться туда: «Не имеем права - это частная собственность». - «А если убьет?» - «Ну убьет, значит убьет, но мы сделаем все возможное, чтобы этого не произошло».

А там шла стрельба, слышно было, как он там бил и ребенка, и жену.

Но переговоры дали результат. Мужчина открыл дверь, и из дома вышла его жена с ребенком, попросила полицейских отменить вызов и не забирать мужа никуда, объяснив, что никаких претензий она к нему не имеет. И после этого мы уехали, даже не оформив никаких бумаг.

Мы в России его бы все-таки задержали за стрельбу и избиение, да еще и в жесткой форме.



А вообще, первое, что делали американские патрульные, заступив на дежурство, - ехали на склад-магазин, где покупали упаковку жвачек, конфет всяких.

Не для себя: когда мы въезжали в негритянские районы, полицейские раздавали сладости детям. И те, только завидев, патрульную машину, уже сбегались к ней со всей округи.

«Майк, привет! - кричит семилетний шкет полицейскому. - А там вчера драка была, а там наркоманы опять…» А Майк этот, не выходя из машины, все записывает себе в блокнот и дальше работает по полученной информации.

Надо сказать, стражи порядка там боятся все же въезжать в негритянские районы, работать там. Нам вовсе запретили туда соваться одним. А мы полюбили магазин «Все за доллар», и как-то один полицейский сказал, что в негритянском районе есть такой же, где все за 50 центов. И наши все же не удержались и один раз туда смотались. А меня на следующее утро в академии вызвали к руководству и очень строго отчитали. «Убьют вас там, и никто искать не будет», - сказали наши наставники.

Но с полицейскими мы в эти злополучные кварталы заходили. Люди там пользуются бесплатным социальным жильем и пособием по безработице в 500 долларов: на каждую большую семью трехкомнатная квартира метров на сто «квадратов». Чем не жизнь?

А еще мы там учились культуре поведения. Вот едем мы на машине, грызем яблоко и куда огрызок деваем? Бросаем - птички съедят. А там это недопустимо. Увидит кто-то, передаст информацию в участок, и вас оштрафуют. 50 баксов минимум. За то, что выбросил из окна чего-то.

Или едем мы по шоссе между городами, захотелось в туалет. Что делать? Остановиться и сбегать в лесочек. А там так не принято. Остановки на хайвее вообще строго запрещены. Я остановился, а меня спрашивают: и куда ты пойдешь? Вон к тем деревьям. А это частная собственность, туда заходить нельзя - пристрелят. Но там на каждом шагу есть благоустроенные зоны отдыха, туалеты со всем необходимым.

Не видел я также, находясь в патрулях, чтобы люди там пили спиртное на улице. У них люди сидят в кабаках, забегаловках. В негритянских кварталах бывало всякое, да.



В патрульных машинах у них уже тогда были компьютеры. И они, к примеру, завидев нарушителя скоростного режима на дороге, сначала его пробивали, а потом уже действовали.

Если человек добропорядочный, то просто пальцем могли погрозить из окна и внести в компьютер, что было сделано предупреждение, а если у него уже куча штрафов - останавливали для проверки.

Полицейские постоянно помогали там бабушкам переходить дорогу, коляски детские поднимали и так далее, а потом даже отчитывались об этом после смены. И командир за это его не ругал и не шутил, а благодарил за работу.

Чем их патрульные похожи на наших, так это тем, что могут позволить себе снять бронежилет во время службы. Ну жарко там очень, в Техасе. Чопорности такой у них нет.

Но! Если остановил машину, то никогда американский полицейский спереди к ней не подойдет. Только сзади. Они там отдрессированы четко, как и водители, которые уже сами кладут руки на руль, чтобы их было видно, и так далее.

Американские полицейские были в шоке, когда узнали, сколько у нас милиционеров погибает при исполнении служебного долга. В Далласе за сто лет погибло всего трое полицейских, как они сказали. Хотя криминальная ситуация в целом у нас была намного лучше, чем у них. Но это, правда, был 92-й год.



У них нет никаких благотворительных фондов, помогающих семьям полицейских. Там за гибель обычных патрульных платят вдовам и детям так, что они могут на эти деньги потом всю жизнь жить.

В Техасе строгое отношение к договорам между полицейским профсоюзом и муниципалитетами. Никаких переработок. Отработал смену - и все. А если нужно работать дополнительно, то эти часы дополнительно оплачиваются. Каждый год договор пересматривается.

Американским полицейским разрешают подрабатывать. И почти все, с кем мы там общались, этой возможностью пользовались - охраняли со своим оружием какой-нибудь ресторан или кафе. Вообще стремление зарабатывать у них в крови: дети развозят почту, молоко, гуляют с собачками, ухаживают за престарелыми.

Еще один интересный момент. Когда мы останавливались где-то обедать, то выяснялось, что с полицейских местные кафе никогда не берут денег. Это неофициально.

То есть ты должен достать кошелек и продемонстрировать намерение расплатиться, но хозяин подойдет и скажет: «Нет, это мое доброе отношение к вам». И никто там не считает это коррупцией, мол, правило хорошего тона. И не только пообедать! Два пива полицейский там может свободно выпить после работы. Бесплатно. В любом кабаке.



Обратно летели через Нью-Йорк и Европу. Американские девчонки-стюардессы не отходили от нас весь полет, расспрашивая о том, как живут люди в России. Одна из них несколько лет поздравляла меня с Новым годом открытками.

Американцы были крайне заинтересованы продажей своих вертолетов России. Встречать вертолет из Москвы мы потом приезжали в Брест.

Возникла заминка, связанная с приходом нового столичного градоначальника Юрия Лужкова. Американцы же не дождались, пока будут решены бюрократические вопросы, и без спросу вылетели на нашем Long Ranger из Польши в Брест.

Белорусы даже подняли истребители для перехвата. Был такой напряженный момент, но все закончилось благополучно, и мы, встретив вертолет, долетели уже на нем в Москву.

Сели на Манежной площади, и 18 мая в торжественной обстановке американцы передали нам ключи от первого милицейского Bell. Эта дата стала днем рождения вертолетной службы.

https://lenta.ru/articles/2018/04/15/helicoptersman/


pic_849e632889bbe670b2358b1929326375
pic_795c4c33efda3959650eccdac65ff1f7


Tags: криминал
Subscribe

promo oper_1974 june 28, 2013 23:25 256
Buy for 100 tokens
По мотивам статьи Ростислава Горчакова. "В январе 1940 года рейхсканцлер Адольф Гитлер дал немецкой судебной системе оценку: "Наши суды - медлительные ржавые машины по штамповке возмутительно несправедливых приговоров". И тут же поклялся, что лично займется делом восстановления…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 27 comments