oper_1974 (oper_1974) wrote,
oper_1974
oper_1974

Category:

Зенитка против танка.Под Сталинградом.Декабрь 1942-го.

 "Запомнилась попытка немецких танков прорваться через кольцо. Конечно, это было не то мощное наступление,
которое в декабре предпринял Манштейн. Да и сил внутри кольца уже таких не было. Тем не менее какое-то количество танков и бронетранспортеров шли на прорыв, охватывая позиции соседних частей и нашей батареи.
   Зенитки калибра 76 миллиметров являлись серьезным противником для немецких танков. Хорошие прицелы, скорострельность до 20 снарядов в минуту позволяли вести эффективный огонь. Конечно, я, семнадцатилетний
подросток, мало в этом разбирался.
Я подносил ящики, в каждом из которых лежали четыре остроносых снаряда.
   С детским любопытством глядел на немецкие танки.Крошечные коробочки, нырявшие в облаках снежной пыли, с бугра в низину, и снова выныривавшие наверх.
   Батарея открыла огонь с большого расстояния. Наводчики через свои сильные при целы уже хорошо видели цель. Четыре пушки хлопали звонко и часто, а я, наблюдая
за картиной боя, порой забывал про ящики.
- Витя, быстрее неси вон те, бронебойные! - торопили меня и других подносчиков.
Вражеский снаряд, пролетавший поблизости, то ли выл, то ли гудел. Рвануло с перелетом. Я выронил ящик, но тут же его подобрал и потащил к орудию. Трусом прослыть не желал! Тем более здесь находился и наш командир, лейтенант Богаури, остальные ребята и девчонки-связистки.
   Взрывов наших снарядов я не видел. Били бронебойными болванками. Где-то в стороне по танкам стреляли другие орудия. Зато немецкие снаряды взрывались то ближе, то дальше. Фонтаны мерзлой земли,грязного снега и столбы дыма. Огня от взрывов небыло. Зато впервые услыхал, как противно воют и свистят на разные лады осколки. Один шлепнулся в снег рядом со мной и зашипел. Я нагнулся, чтобы глянуть, и вздрогнул, услышав крик:
- Есть! Одного уделали! - и забористый мат.
Одна из коробок дымилась и упорно тянула в низину.
Сейчас добьют! Я тянул очередной ящик, когда взрыв ударил совсем близко. Или, может, так показалось.
   Я не упал, чтобы спрятаться от осколков, а припустил еще быстрее с двухпудовым ящиком на плечах. Потом ранили бойца из расчета. Его отвели под руки в землянку санинструктора, и путь был обозначен красными
пятнами величиной с пятак. Подносчик, который брал ящик передо мной, обернувшись, сказал:
- Крепко его зацепило. Наверное ...
Фразу закончить не успел. Шарахнуло, как мне показалось, прямо над головой. ОТ деревянного ящика брызнули щепки. Боец свалился в снег, рядом лежал разбитый ящик и надорванный посередине снаряд. Из дыры, проделанной осколком, торчали, как макаронины,пучки артиллерийского пороха.
   Я пробежал мимо. Когда вернулся, парень, сунув два уцелевших снаряда под мышки, тащил их к орудию. Меня поразило его перекошенное, трясущееся лицо.
- Ты как, ничего? - спросил я.
Приятель мотал головой и, заикаясь, сообщил, что немецкий снаряд взорвался у него под ногами.
- Под ногами! - усомнился я. - Тебя бы в клочья разнесло. Глянь, где воронка.
Нам обоим повезло. Снаряд оказался фугасный (так мне потом объяснили). Осколков было немного, и взрыв, ударивший метрах в десяти, донышком стакана снес крышку ящика. Зато не повезло расчету четвертого орудия.
   Снаряд взорвался спереди перед капониром. У зенитных пушек отсутствуют щиты, артиллеристы ничем не защищены и сидят нa платформе. Взрыв снес часть бруствера, смял ствол и разбросал людей. Комком мерзлой земли в лицо был убит заряжающий, еще два артиллериста получили осколочные ранения.
  На этом бой с танками закончился. Они свернули в сторону, и там еще долго слышались выстрелы. Потом мы узнали, путь прорывающейся колонне преградили наши "тридцатьчетверки". Там состоялся бой, прорыв немцам не удался. Боец-повозочный рассказывал нам увиденное:
- И наши "тридцатьчетверки", И немецкие танки стоят. Некоторые без башен, еще дымятся. Танкисты, как головешки обгорелые, и снег на всем поле закопченный.
- Много танков сгорело? - спросил кто-то.
- Ой, много ...
- Ладно, езжай своей дорогой, - перебил словоохотливого возчика наш командир. - Разговорился ...
- я ничего ... Я мимо проезжал, - заторопился боец.
Запомнилось второе февраля. До нас дошла весть,что армия Паулюса капитулировала. Но мы еще с неделю стояли на прежней позиции. Некоторые немцы, не желая сдаваться, мелкими группами ночами уходили на запад.
   Комбат усилил посты. Много мы навоевали бы с нашими пятью винтовками и двумя наганами, если бы на батарею вышла группа побольше? Мелькали среди снежной мути какие-то фигуры. Мы раза два открывали огонь, фигуры исчезали."
- из воспоминаний бойца-связиста отдельного 1080-го зенитного полка В.И. Часовского




Tags: вторая мировая, наши
Subscribe

promo oper_1974 june 28, 2013 23:25 257
Buy for 100 tokens
По мотивам статьи Ростислава Горчакова. "В январе 1940 года рейхсканцлер Адольф Гитлер дал немецкой судебной системе оценку: "Наши суды - медлительные ржавые машины по штамповке возмутительно несправедливых приговоров". И тут же поклялся, что лично займется делом восстановления…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 55 comments