oper_1974 (oper_1974) wrote,
oper_1974
oper_1974

Category:

Кавалерист. 1941-45 г.

   "В кавалерию я попал по разнарядке. 22 июня 1941 года в нашей школе был выпускной вечер, и почти одновременно с аттестатом зрелости я получил повестку из военкомата. Направили в кавалерийское училище в Оренбург. Ездить верхом я не умел. Пришлось учиться и в седле держаться, и из карабина стрелять, и на скаку рубить.
   Через шесть месяцев на фронт. Зачислили в корпус знаменитого Льва Доватора. После рейда по тылам противника под Москвой нас вывели на отдых и переформирование. Только уже без командира - он погиб в бою под Рузой 19 декабря.
   Меня назначили командиром сабельного взвода - это тридцать бойцов и младших командиров. Мы находились в районе, где сливаются реки Вазуза и Гжать. Немцы еще осенью 41-го глубоко вклинились в нашу оборону, захватив Ржев и Сычевку. Мы готовились к прорыву.
     С нашим корпусом взаимодействовали артиллерия и танковые бригады. Тогда я впервые увидел, как работают "катюши". Они появлялись на позициях внезапно, как правило, в сумерки. Двух минут хватало боевым расчетам, чтобы подготовиться к залпу. Залп - и "катюши" тут же исчезали.
  Но в тот раз прорыва не получилось. Немецкая авиация не давала нам подняться. Меня ранило в обе ноги, один осколок от мины в голову попал. Отвезли в Тулу в госпиталь. Пока лечился, мой полк перестал существовать.
  Наши эскадроны уже готовы были идти в рейд, уже выдвинулись, а тут немцы ударили с воздуха. Погибли почти все... Было это между Ржевом и Сычевкой.



   За всю войну я помню одну стремительную кавалерийскую атаку. Кони для нас прежде всего были средством передвижения, транспортировки. В корпусе были пушки, минометы - все на конной тяге. Скорость у кавалеристов, как у танкистов, - пятьдесят километров в сутки.
  А та единственная атака была за Днепром, в районе Лоева. Пехоте удалось пробить брешь в обороне немцев, и мы - в этот прорыв, по тылам немецким. Потом слышим: недалеко стрельба орудийная. Это немецкая артбатарея накрывает переправу наших через Днепр. Мы с ходу атаковали немцев. Батарею уничтожили, немцев гоняли и рубили шашками. Из своих ни одного не потеряли.
++++++++++++++++++
     Вскоре меня снова ранило, и снова, как в первый раз, 20 октября. Осколок тот до сих пор в голове сидит. После госпиталя попал в 16-ю гвардейскую Башкирскую дивизию.
   22 июня 1944 года мы вышли к Висле южнее Варшавы. Простояли там до середины января. Вдоль Вислы по обоим берегам были возведены дамбы - для защиты от паводковых вод. За этими дамбами заняли оборону - по одну стороны мы, по другую - немцы. Я тогда командовал эскадроном.
   И вот немцы каждый день пунктуально открывали огонь из орудий. И авиация их не дремала. Но за все время с противоположного берега ни одного выстрела из стрелкового оружия не прозвучало. Будто нет там никого.
    Снарядили мы разведку. В темноте, скрытно, на лодке переплыли ребята на тот берег. Вернулись быстро, с двумя пленными. Те на чистом русском языке просят не убивать их и обещают привести из-за реки целый батальон. Дескать, воины Туркестанского легиона, воюющие на стороне немцев, готовы сдаться нам.
  Срочно доложили в штаб дивизии. Получили добро. Быстренько собрали какие есть плавсредства, чтобы перевезти людей. Надо было управиться до рассвета.
   Батальон этот входил в состав армии Власова, был укомплектован бывшими красноармейцами-мусульманами, сдавшимися в плен немцам. Самих немцев в батальоне было несколько офицеров - командиры взводов и рот. Ну, наши посланцы переправились с теми, кто им сочувствовал, перерезали офицеров - и к реке. Одному немцу удалось уйти. Он поднял тревогу. Переплыть к нам сумели шестьдесят семь человек. Остальных немцы перебили.
   Мне в то время очень людей не хватало. Попросил оставить всех перебежчиков. Они клялись кровью искупить свою вину. Но разрешили оставить только тех двоих, которых разведчики привели. Да и они вскоре погибли.
   Нужно было взять "языка". Они вызвались. И напоролись на плавучую мину. Немцы их в большом количестве пускали по реке. Сверху ничего не видно - так, палочка торчит. А под палочкой четыре кило взрывчатки.
++++++++++++++++++++
По том мы шли на Берлин и освобождали концлагеря смерти Заксенхаузен и Майданек.
     В марте 45-го меня и моего однополчанина гвардии лейтенанта Емельяна Михайлюка удостоили звания Героев Советского Союза. Гвардии лейтенант свою "Звезду" не увидел - погиб через месяц. А меня 27 апреля в Бранденбурге снова ранило." - из воспоминаний капитана Г.Платонова.


Платонов с ординарцем.

021218105536b

[ + 10 фото ]

13d348d43a24
7d961e086daa
36
yu67
694
190219-41550127a67506ece4400a0999e90b8f
190325-dff7c44ed7baac831611def5537414bd
mc0
190328-3f318d57c35a6280e8ae1532c877b9c9
grob1.2phvp9byim4gsg000wok44w00.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th



Tags: вторая мировая, наши
Subscribe

promo oper_1974 июнь 28, 2013 23:25 256
Buy for 100 tokens
По мотивам статьи Ростислава Горчакова. "В январе 1940 года рейхсканцлер Адольф Гитлер дал немецкой судебной системе оценку: "Наши суды - медлительные ржавые машины по штамповке возмутительно несправедливых приговоров". И тут же поклялся, что лично займется делом восстановления…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 55 comments