oper_1974 (oper_1974) wrote,
oper_1974
oper_1974

Categories:

Дагестан и его нравы. 1867 г.

       "В своих наблюдениях за нравами и обычаями жителей Дагестана, я ограничусь одним средним Дагестаном - местностью, с которою мне был случай близко познакомиться, когда я занимал там административную должность, по военному управлению краем.
         Общая цифра народонаселения в среднем Дагестане, по приблизительным сведениям 1865-го года, простирается до 175,000 душ обоего пола, в 370 селениях.
       Жители среднего (вновь покоренного) Дагестана находятся еще как бы в переходном состоянии и сами не знают на что им решиться: продолжать ли следовать строгим обычаям, предписанным им бывшим главою мюридизма, или, относительно общественного строя, подражать более их цивилизованным мунафикам - врагам мюридизма!

      Так, например, в день празднования в Улли-Кале начала посевов, сельское общество пригласило меня на пирушку ("той"), устроенную на площадке внутри селения, с зурмою и бубнами.
        Зная, что мы, квартируя на плоскости среди мунафиков, привыкли видеть, чтобы при каждом увеселении присутствовал прекрасный пол, приглашающие уверили нас, что на их "тое" появятся только две дамы, потому - оправдывались они - что: "наши женщины похожи на медведей - танцевать не умеют".
      Сравнение оказалось верным: во время бала нас поражали неуклюжие движения и грубоватые черты танцоров; впоследствии мы узнали, что это были переодетые в женское платье молодые парни. Желая сохранить правила мюридизма, запрещавшие танцевать женщинам, и угодить нашим обычаям, дозволяющим им это удовольствие, почтенные амфитрионы употребили хитрость.
      При подобных пирушках, от которых, ради приобретения популярности, нельзя отказаться, угощение состоит из отварных кусков баранины, шашлыка, заменяющего жаркое, отваренных куриц, яичницы, овечьего сыру, меду, луку и фруктов, и из вин: сотерну, хересу, портеру и, для второстепенной публики, водки и джабы.


       Большая часть жителей недавно завоеванного края так же хорошо пляшут, как и жители плоскости. Несмотря на то, что имам Шамугис строго преследовал их за пляску, они, по ночам, тайком от шпионов, собирались в подвалы и конюшни, устраивали танц-классы и практиковали там свои ноги.
       Пение и курение табаку равномерно преследовались при Шамиле; во время военных движений, мюридам и прочими воинам ополчения дозволялось петь хором: зикру, состоящую из непрерывно повторяемых слов: "Ля иль Алла-иль Алла!". Песнь эту поют только одни отъявленные фанатики, отъявленные враги христиан, жаждущие газавата (священной войны).
       Житель, пойманный агентами Шамиля, с крошечною, на тоненьком чубучке, трубкою в зубах, или спрятанною за околышем папахи, подвергался в первый раз пени (куду); а во второй раз - ему продевали чубучок сквозь ноздрю.

          Наибы, правители обществ, сановники шамилевской иерархии, из корыстолюбивых видов, строго следили за точным исполнением запрещений шариата, изыскивая предлоги подвергать жителей часто незаслуженному оштрафованию. Сам Шамиль утверждает, что он имел много хлопот с недобросовестностью своих администраторов; бывали примеры, что наиб, зайдя к соседу, между завлекательным разговором, заметит, что у него холодно, - само собою разумеется, что вежливый хозяин предложит почетному гостю надеть его шубу.
        Тогда хитрый наиб, обнюхав шубу справа и слева, объявляет, что она припахивает табачным дымом, сажает амфитриона в яму, откуда он выходит не иначе, как с уплатою порядочного штрафа! Избавившись шариата, теперь редкий житель не курит трубочки.

        Неопрятность жителей Гунибского округа и Аварии поразительна! Женщина здесь носит свое платье до невозможности дальнейшего употребления; заменяя обновою покрывало и рубаху, она кладет их в котел с щелоком, прибавляет к нему кусочек курдючего сала, и превращает свой новый убор в грязную тряпку, в том расчете, что, после этой процедуры, обнова будет прочнее и не потребует частого мытья.
         Спрошенный мною горец - зачем их женщины переваривают свои рубахи в сальной воде? отвечал с улыбкою: "Если у моей хозяйки платье будет чистое и белое, то злые языки, пожалуй, скажут, что она никогда не видит в глаза ни мяса, ни курдючего сала!" На основании такого вывода, чем богаче хозяйка, тем сальнее должно быть ее платье!..
В Гунибском округе, только селения Ирганай и Могох отличаются опрятностью и щеголеватостью своих женщин; о них соседи отзываются с ирониею, не чуждою зависти: "нет дома сабы хлеба, а на десять рублей надето платья!.."
         В двух названных выше селениях, а также в сел. Гимрах можно встретить женщин с красивыми личинами, в остальных же селениях среднего Дагестана неопрятность и неуклюжесть наряда превратили прекрасный пол - в черных, или, правильнее сказать, грязных мумий, а усиленные труды - в преждевременных старух, так что нет возможности определить, в чем именно состоит красота здешних женщин..

         Женщины, при встрече с мужчиною, должны из приличия, по правилам шариата, повернуться к нему спиною, уткнувшись почти носом к стене, или забору. Обычай этот на плоскости исчез окончательно; он исчез бы и в горах, если б сотни дагестанского конно-иррегулярного полка были расквартированы среди населения, подчинявшегося еще по привычке шамилевскому учению.
       По моему убеждению, основанному на долголетнем опыте, всадники этого полка и их жены много способствуют в деле цивилизации и смягчении грубых нравов и обычаев своих одноверцев-односельцев. Не подлежит сомнению, что переходное движение всадников от невежества на степень возможной для них цивилизации всегда шло быстрыми шагами, так что дикий горец, зачисленный в полк, через год–два сбросив свою грубую оболочку, превращается в человека вежливого, ловкого, щеголеватого и сознающего свое достоинство.

      Еще весьма недавно до покорения Дагестана, женщины, уличенные в преступной связи с мужчинами, были убиваемы, или заживо забрасываемы камнями (В начале исламизма виновную женщину убивали камнями, хотя этого правила нет в Коране; впоследствии, для незамужних это заменено было розгами и изгнанием. См. 19-й стих 4-й главы Корана.)
     Несмотря на то, прекрасный пол не прочь от любовных интрижек даже с неправоверными ловеласами, которым интрижки эти достаются не даром. Временем свиданий назначается полночь - пронзительный крик ишаков бывает верным указателем заветного часа...

       В обществе Цунта-Ахвах, Аварского округа, прозванном жителями других обществ Скверным-Ахвахом, существует следующий оригинальный обычай. Ежедневно собираются на водяных мельницах по нескольку девиц, для смолки хлеба - их преследуют ватагою молодые парни-женихи.
       Придя к месту, мужчины, найдя дверь запертою, спрашивают девиц, - сколько их собралось на мельнице? Девицы отвечают положительною цифрою, и если число мужчин превышает число женщин, то лишние, по жребию, отправляются к другим мельницам, а остальные бросают через окошечко во внутрь мельницы свои папахи, подбираемые девицами наудачу. После этого дверь отпирается, мужчины входят и справляются: в чьих руках их головные уборы...
      Жители того же Ахваха, в видах утонченного гостеприимства, укладывают гостя-кунака спать ночью с дочерью их, в том убеждении, что деликатный кунак не нарушит законов гостеприимства... В противном случае, такой считается сквернейшим гостем, и ему приходится расплачиваться за невоздержность - деньгами, или свадьбою.

            Все трудные работы по хозяйству исполняются женщинами и ишаками; вы увидите повсюду навьюченного дровами, сеном, или зерновым хлебом ишака, а рядом с ним, с такою же ношею - женщину-горянку! Подрядчики по перевозке казенного провианта для войск, расположенных в крае, определяют вес тяжести на одного эшака в 3 пуда; подобные же тяжести здешние женщины, для заработания 40–60 к. сер., переносят на своей спине за 30 верст, по гористым, едва проходимым тропинкам.

           Чалмы (тюрбаны) при Шамиле носили все жители, подчинявшиеся правилам преподаваемого им мюридизма; цвета их означали степень значения чалмоносцев; так, например:
у самого имама и у более важных административных лиц была чалма белая;
у пятисотенных и сотенных начальников в ополчении - пестрая;
у наибов, управляющие обществами - желтая;
у кадиев и других грамотных людей духовного звания, считавшихся алимами (учеными) - зеленая;
у гаджиев, бывших в Мекке и Медине на поклонении гробу пророка - коричневая;
у чаушов (глашатаев, передающих приказания) - красная;
у палачей (балтачи), фискалов и артиллеристов - черная.

       Подобно сиямцам, белый цвет и у здешних мусульман считается первенствующим. Хотя религия дозволяет всем правоверным носить чалмы из тканей нитяных и шерстяных, за исключением шелковых, различных цветов, но Шамиль, желая отличить звания, распределил чалмы цветами по вышеприведенному описанию.
       Совершение одного намаза в чалме - фанатики равняют шестидесяти намазам без нее. Должности палачей и фискалов считались почетными потому, что, по свидетельству Шамиля, они, убивая и вредя неверным и преступным открывали себе врата рая.
       С падением имамской власти пали и символы мюридизма: покрывала (перде) с лиц женщин, и чалмы с голов мужчин; так что, в настоящее время, только на родине Шамиля, в сел. Гимрах, фанатики и сам ex-имам в Калуге оставили своих жен под покрывалами.

         Кавказских мусульман никогда не следует слишком баловать ни обхождением, ни наградами, потому что они скоро забудутся; дайте мусульманину награду один год, дайте другой год, а на третий год не дадите, он будет недоволен и, пожалуй, отомстит вам изменою!

        Служба между вновь покоренными жителями, в качестве управляющего ими, была сопряжена с невыносимым стеснением свободы; незнакомые с правилами деликатности и субординации, они не давали нам времени: ни одеться утром, ни отдохнуть после обеда, ни выйти из дома без свиты.
         Входящий в комнату проситель, жалобщик, или нукер (конвойный всадник-телохранитель), так и норовил подать руку и усесться в кресло по-товарищески!
       Все достояние начальствующего лица подвергалось осмотру; грязные руки без церемонии тащили с его письменного стола, из-под самого почти носа: печать, пресс-папье, и так далее. Случится наказывать виновного за воровство, или представится надобность считать около денежного ящика звонкую монету, на это место стекается со всех сторон множество публики, любопытной до зрелищ, как французы!
       Каждого просителя и жалобщика сопровождает толпа слушателей и ходатаев; первые из них, в изъявление доверия и расположения к своему начальнику, подают ему уже не одну, но обе потные, грубые и грязные руки! Много стоило трудов приучить прежних мюридов к вежливости в обращении.

         Мусульмане вообще, а горцы в особенности, имеют дарование рассказывать свои жалобы и дела крайне растянуто: о похищении, например, у него гривенника, он будет говорить вам полчаса, начиная рассказ с предшествовавших за месяц обстоятельств!
       Большая часть жалоб и исковых дел имеют начало за 10, 20 и 30 лет, причем представляются документы, обыкновенно сомнительного свойства, писанные на лоскутках бумаги в два вершка длиною и шириною, с подписями давно умерших свидетелей. У более склонных к тяжбам и кляузам жителей, таких документов хранится в тряпках штук десять, и они берегут их, как зеницу своего ока.
      Тяжебные иски, это - конек мусульман; предложите горцу простого звания, в виде одолжения, клочок собственной земли, предоставив ему спокойно владеть два-три года, вам трудно будет получить землю обратно: воспользовавшийся вашим одолжением, забывая благодарность, которая далеко не в характере мусульман, непременно подаст на вас жалобу, утверждая, что эта земля была в его владении.

        Хотя, на основании идеи равенства, горцы не оказывают особенного уважения своим землякам-офицерам, которые держат себя, в отношении их, совершенно на равной ноге, но, при всем том, каждый оборванный уздень, протягивая по-товарищески грязную руку русскому офицеру, не подаст ее русскому же простому солдату.

Вот разговор, веденный мною с милиционерами, из горцев офицерами.
За одну из удачных экспедиций воспоследовали награды.
- Кто получил награду? - спросил меня поручик Али-клич.
- Али-хан произведен в следующий чин, - отвечал я.
- А нам ничего не вышло? - спросил прапорщик Кази.
- Нет, - отвечал я лаконически.
- Али-хан счастлив тем, что носит название Али-хан, а не просто Али; - родители его умно поступили, дав ему подобное имя!..
     Начальство, - продолжал желчно и под влиянием зависти поручик, - читая в наградном списке имена: Кази, Исмаил, Али-хан, и думая, что первые по происхождению - плебеи, а последний - хан, конечно, не затруднится решением предпочесть хана простому узденю!..

       Изменившиеся обстоятельства Дагестана, делая воинственного горца мирным гражданином, сами собою доказали истину, что, при настоящем положении края, вооружение потеряло свое значение, и что тратить деньги и время на покупку и уход за оружием нет надобности. Теперь большая часть жителей совершает свои странствования - с единственным кинжалом на поясе, без ружья, пистолета и шашки. Исподволь привыкая к труду, до 3,000 дагестанцев ежегодно отправляются летом в г. Кизляр и Дербент на заработки.
      Жители среднего Дагестана характера вообще не злобного, без особенного фанатизма религиозны и весьма склонны к повиновению; испытав деспотизм имамов и их сановников, они умеют ценить кроткое и разумное управление русских офицеров.
      Число преступлений не может служить ни мерилом, ни упреком нравственности народа, потому что убийство по кровомщению (канлу) между мусульманами, по духу их религии не считается преступным, а воровство, по народным тенденциям, есть скорее признак удальства и ловкости, нежели порок.

       Наказания за преступления и проступки и штрафы, определенные древним адатом - не везде одинаковы. Приведу в пример адат части Араканского, в Гунибском округе, наибства.

1) За убийство: все семейство убийцы подвергается кровомщению, выходит в канлу (vendetta).
В течение трех лет движимое имущество этого семейства, при возможных случаях, конфискуется родными убитого.
В штраф поступает 1 бык и на саван убитому - 1 лошадь.
        По истечении срока изгнания, с уплатою условленной суммы, может состояться примирение, причем, возвратившееся на родину семейство обязано сделать угощение родственникам и друзьям убитого, на 50 человек.
        Убийца в родное село никогда не возвращается. Древний обычай этот, постепенно смягчаясь, заменился следующим правилом, действующим одинаково во всех обществах среднего Дагестана: убийца лично выходит в изгнание и объявляется предметом кровомщения, - между обоими, вступившими во вражду семействами, производится сходка (беты-гюрсетмага), и затем следует окончательное примирение и возврат убийцы на родину, при обстоятельствах, которые определяются в данном случае.

2) За сильное поранение при драках: раненому 2 быка, туземному лекарю (хакиму) 1 бык, и продовольствие им обоим до излечения раны. Штрафу — 1 бык. За легкое поранение: раненому 1 баран и 2 сабы пшеницы, содержание лекарю и штрафу - 1 бык.

3) За соблазн девицы, обвиненный выходит в канлу на год; после этого срока, совершается примирение посредством бракосочетания, или уплаты денег по условию, и угощение на 50 человек.
        За соблазн вдовы - канлу на 3 месяца и такое же угощение при условленном примирении; штрафу в обоих случаях по 1 быку. Пойманный или заподозренный в преступной связи с замужней женщиною мужчина в канлу не выходит, но обязан примириться, по условию, с неизбежным угощением и заплатить штрафу 3 быка. В некоторых обществах подвергались подобным наказаниям только женщины.

4) За уличенное воровство, кроме удовлетворения обиженного, штрафу 3 быка, а с остающихся в сильном подозрении - 1 бык. Адат этот заменился телесным наказанием, арестом с употреблением на работы, и за неоднократное воровство - ссылкою во внутрь России или на срок, или навсегда. За воровство, неимевшее последствием ссылки, виновный взносит штраф от 8 до 20 р., смотря по стоимости украденного.

5) За драку палками, камнями и вмешательство в драку и ссору - штрафу 1 бык.

6) За нехождение по пятницам в мечеть - штрафу, в пользу мечети, 1 саба пшеницы, и с неделающего намазов, в пользу наиба - 1 руб. Обычай этот, учрежденный во время мюридизма, не соблюдается, потому что наибу, в видах личного интереса, не трудно было бы обвинять жителей в неделании намазов.

       Мясо скотины и птицы, зарезанной рукою христианина, мусульмане не едят, считая его пищею нечистою и запрещенною Кораном (харам); мясо тех же самых животных, зарезанных мусульманином, начавшим дело возгласом: "Бис милля рахман иррагим", т. е., во имя Бога всемогущего и милосердого - с соблюдением обряда, чтобы голова убиваемого животного была обращена к Мекке, считается пищею дозволенною (халяль).

      Радостная встреча (шадлых) возвращавшихся партий, после удачного набега на неприятельские местности, изъявлялась выстрелами из ружей и пистолетов; таким же образом устраивается встреча приезжим в селение начальствующим лицам.

Глубокие фанатики, до плоти и крови враги христиан, узнаются по следующим приметам:

1) Он не пропустит ни одного намаза, ни минуты, установленной для совершения его, а напротив, к пяти обязательным прибавить тридцать необязательных, называемых "суннет", намазов.

2) Он носит карманные часы с медными досками и, из того же металла, ключиком и цепочкой.

3) Никогда не расстается с чётками, зубочисткой и кольцом на мизинце правой руки.

4) Если только предстоит возможность не быть в присутствии христиан, надевает для молитвы чалму.

5) При разговоре с христианином, постоянно шепчет губами молитву, называемую "зикру", состоящую из повторения слов: "Ля иль Алла-иль Алла".

6) Боится табачного дыму.

7) Находясь, по необходимости, между христианами, избегает быть там, где присутствуют женщины (из ханжества, а не из нежелания глядеть на прекрасное); жен своих держит взаперти и под покрывалами.

8) Не будет пить чаю и кофе с сахаром, - не из подражания китайцам, но из опасения, что сахар очищается сквозь кости, в числе которых могут быть кости животных, употребление которых в пищу считается для мусульман запрещенным (харам).

9) Не будет есть мяса от скотины и птицы, зарезанной рукою христианина (Что дозволено, и что запрещено употреблять в пищу мусульманам, объясняется в 1, 4 и 6 ст. 5-й гл. Корана, и повторяется 116-м стихом 16-й главы.).

10) Ни за что не наденет европейского костюма, а эполеты, кресты и медали, если их имеет, надевает только по необходимости, представляясь начальству.

11) Не носит золотых вещей и шелковых материй, как украшений, исключительно принадлежащих будущим обитателям рая.

12) Красит бороду только тогда, когда есть надежда обмануть, или предстоит возможность бить христиан, или враждовать с ними, а, лишившись этой приятной возможности, оставляет ее седою.

13) Бреет голову и подстригает усы наравне с верхнею губою.

14) Ест жидкости только деревянной ложкой, и т. д." - из воспоминаний П. Пржецлавского.


Afro_Abkhazian_photo_by_George_Kennan_1870_(A)


Tags: другое
Subscribe

  • Вот почему участковые не гут разобраться?

    Чего они не могут вдвоем? Вызывают меня... а я спать хочу и так крулосуточная работа... людей пытать. А еще униформу носят и фуражку с красным…

  • Мы акто "кто" то облажаись...

    Полковник говорит - все пойдете в "трактористы" на село...на деревьню... От майора до лейтенанта и сержанта... Вы же не раскрыли...…

  • Часто мы упреки от жены и детей....

    Если гдне то человек ппал в беду.... Если кто-то честно жить не хочет.... Значит нам вести незримый бой, служба, дни и ночи. А Если гдето человек…

promo oper_1974 июнь 28, 2013 23:25 257
Buy for 100 tokens
По мотивам статьи Ростислава Горчакова. "В январе 1940 года рейхсканцлер Адольф Гитлер дал немецкой судебной системе оценку: "Наши суды - медлительные ржавые машины по штамповке возмутительно несправедливых приговоров". И тут же поклялся, что лично займется делом восстановления…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 57 comments

  • Вот почему участковые не гут разобраться?

    Чего они не могут вдвоем? Вызывают меня... а я спать хочу и так крулосуточная работа... людей пытать. А еще униформу носят и фуражку с красным…

  • Мы акто "кто" то облажаись...

    Полковник говорит - все пойдете в "трактористы" на село...на деревьню... От майора до лейтенанта и сержанта... Вы же не раскрыли...…

  • Часто мы упреки от жены и детей....

    Если гдне то человек ппал в беду.... Если кто-то честно жить не хочет.... Значит нам вести незримый бой, служба, дни и ночи. А Если гдето человек…