?

Log in

No account? Create an account

Мемуарная страничка

Честные злодеи Родиной не торгуют.


Previous Entry Share Flag Next Entry
"Николай - усмиритель".
фуражка
oper_1974
Из протокола дополнительного допроса обвиняемого Сиверса Якова Яковлевича, произведенного в ПП ОГПУ в ЛВО
г. Ленинград, 28 ноября 1930 г.

   В 1905 году, будучи командиром 10-й роты, я с остальным составом полка выезжал в Москву на подавление революции. Во главе полка стоял генерал Мин. Командиром 3-го батальона, в который входила моя рота, был полковник Риман. Весь 3-й батальон с карательной экспедицией по прибытии в Москву был отправлен по линии Казанской железной дороги. Моя рота выехала и заняла станцию Голутвино. На этой станции нами было расстреляно около 30 человек, из коих один арестованный с оружием рабочий-железнодорожник был мною пристрелен лично. На станции Голутвино, в сравнении с другими станциями этой дороги, было расстреляно большее количество рабочих.
     В моем подчинении был поручик Поливанов Алексей Матвеевич, который по моему приказанию лично руководил расстрелами и подавал команду. В экспедиции Московской были, как я сейчас припоминаю, еще Шрамченко и Шелехов. Возможно, что машинист Ухтомский был расстрелян на станции Голутвино, но не мною и не моей ротой. За подавление революции 1905 года все офицеры получили награды. Мне дали Анну 3-й степени.


++++++++++++++
Из протокола дополнительного допроса обвиняемого Поливанова Алексея Матвеевича, произведенного в ПП ОГПУ в ЛВО по делу № 4540.

г. Ленинград, 26 ноября 1930 г.

    В период экспедиции Семеновского полка в Москву я принимал в ней участие в составе 10-й роты, командиром коей был Сиверс. Я командовал полуротой. Рота входила в состав батальона, коим командовал полковник Риман. Задача батальона состояла в ликвидации революционного движения на Московско-Казанской железной дороге. Рота занимала станцию Голутвино, где ею были произведены расстрелы. Я принимал участие, как и остальные офицеры, в обысках и расстрелах по приказанию полковника Римана, который приказал офицерам при обнаружении оружия пристреливать рабочих на месте.
    Полуротой под моей командой было расстреляно человек пятнадцать. В числе их помню начальника станции Голутвино и его помощника, остальные были, очевидно, рабочие. Приведены они были со станции Риманом и Сиверсом. Конвоировала их моя полурота за железнодорожные пути, где они были расстреляны. Команда была подана солдатам мною, что-то вроде "кончай". Когда до этого я колебался, говоря Риману, что я не смогу, то тот сказал мне, что "я Вас самого расстреляю". После чего я все выполнил. Лично я никого не пристрелил из револьвера, как делал это Риман, это я отрицаю.
     Кого и как пристрелил Сиверс - я не видел. Кем в Коломне из офицеров производились расстрелы мне не известно, мое участие там выражалось лишь в производстве обысков. Риманом в Голутвино при мне лично был застрелен какой-то рабочий, захваченный цепью солдат нашей роты при наступлении на Голутвино, он вышел навстречу с белым флагом, а Риман подскочил к нему и застрелил его.

Допросил - Дмитриев.
++++++++++++++
Из протокола дополнительного допроса обвиняемого Шрамченко Владимира Владимировича, произведенного в ПП ОГПУ в ЛВО

г. Ленинград, 30 ноября 1930 г.

    По приезде на станцию Перово нашей роте было дано задание: очистить Перово от революционеров, расстреливать лиц, у которых будет найдено оружие, и т.д. Впервые приказ был осуществлен на помомощнике начальника станции, который был штыками заколот. По команде командира роты Зыкова, потом и по моей на станции Перово был открыт огонь по крестьянам.     Лично мною после Зыкова команда "Открыть огонь" была дана два раза. Команда "Открыть огонь" второй раз была дана роте тогда, когда она мной и Зыковым была развернута в цепь для стрельбы по крестьянам, разгружавшим вагоны. В результате стрельбы солдатами нашей роты убито 10 человек крестьян, но точно не помню. Уточняю: цифра 10 человек убитых падает исключительно на мою полуроту.
      К изложенному добавляю, что по имеющимся материалам мной лично был арестован священник. Расстрел Эшукова по моему приказанию я отрицаю, но думаю, что расстрелял Зыков, так как на станции оставались мы вдвоем с Зыковым.
+++++++++++++++
Из протокола дополнительного допроса обвиняемого Шрамченко Владимира Владимировича, произведенного в ПП ОГПУ в ЛВО

г. Ленинград, 27 ноября 1930 г.

   По приезде на станцию Перово, несколько солдат, под личной командой Римана, штыками закололи пом. нач. станции. Как фамилия жертвы - мне не известно. Во время взятия в штыки Начальника станции, присутствовал. Рядом с указанной сценой ротный фельдшер (12 роты) перевязывал 9-тилетнего ребенка, раненого солдатами экспедиции. При перевязке ребенка с моей стороны была оказана помощь фельдшеру.
   Со слов офицеров полка слышал, что на ст. Голутвино был расстрелян машинист Ухтомский и еще 30 человек. В расстреле Ухтомского, если не ошибаюсь, участвовали солдаты и офицеры 9 роты, под командой капитана Швецова. Как зовут Швецова - не помню.
   Из разговоров офицеров мне было известно, что особыми зверствами отличался Аглаимов - адъютант одного из батальонов. Аглаимова зовут Сергей Петрович. Зверство его выражалось в том, что собственноручно из нагана расстреливал взятых в плен, за что получил высший орден Владимира 4-й степени. Наряду с Аглаимовым такими же зверствами отличались братья Тимроты. Из разговоров с Поливановым или Сиверсом в ДПЗ узнал, что они находятся за границей.

Допросил - Гончаров.
++++++++++++++++
Из донесения в ПП ОГПУ в ЛВО о пресненской операции в Москве в декабре 1905 года

г. Ленинград
Следственное дело № П-67738

   Из того, что мне позднее уже удалось узнать отрывочно от штабс-капитанов Тимрота 2-го и Рихтера, я помню лишь следующее. Риман решился избавить офицеров от неприятности расстреливать и, как человек очень пунктуальный, служебно-исполнительный, не допускавший рассуждений при отданном приказе, в точности исполнил предписание и лично расстрелял (а, по-моему, судя по рассказам, убил из револьвера) лиц, бывших в списке, причем не давал им опомниться, а сразу же, найдя, действовал, не стесняясь местом, где была встреча.
   Даже Тимрот 2-й и Рихтер с ужасом говорили об этом деле. Среди офицеров шли, кроме того, толки, что наиболее зверски действовал капитан Майер, чему я охотно верю, так как даже солдаты в роте его ненавидели и с ним позднее произошел в полку случай, когда на приветствие (в лагере, в 1906 году) рота ему не ответила (редчайший случай в гвардии).
   В дальнейшем для полноты рассказа считаю нужным сказать, что летом 1906 года было разрешено представить 40 человек офицеров к награде. Все получили очередные награды, а 5 человек вне всякой нормы, а именно: полковник Риман, капитан Зыков, штабс-капитаны Тимрот 2-й и Свечников и поручик Аглаимов - Владимира 4-й степени, что обходило несколько очередных орденов.
   В августе, 13-го числа 1906 года ... Мин убит на вокзале в Петергофе какой-то женщиной несколькими пулями в спину.
В тот вечер мне только Аглаимов сказал, что 5 дней назад Мин и несколько офицеров были предупреждены письмами, что их убьют; письма были подписаны боевой организацией партии социалистов-революционеров. Позднее я узнал, что письма получили: Мин, Риман, Зыков, Сиверс и Аглаимов. Тут же вечером Аглаимов просил помочь ему взять Римана и перевезти его на квартиру Зыкова на Фонтанке, 145. Позднее я уже узнал, что после 12 часов ночи Аглаимов перевез Римана от Зыкова к себе на квартиру в офицерский флигель.
   На следующий день (кажется, так) Риман с женою в статском платье и, если не ошибаюсь, загримированный выехал за границу. Он вернулся только через год, летом 1907 года, прямо в лагерь, в статском платье, с большой бородой. Позднее он мне лично говорил, что даже за границей ему все время приходилось менять место жительства, о чем его предупреждали какие-то агенты, приставленные для его охраны. Даже в Испании он был кем-то узнан и ему пришлось спешно уехать, ибо агенты не ручались за его безопасность. Вот все то, что я в настоящее время помню по делу о Московском восстании и до смерти Мина.
++++++++++++++++++
   "Выступила и кавалерия отдельными отрядами. Часть из них поскакала к Дворцовому мосту, а часть - через площадь к Невскому проспекту, к Гороховой улице, рубя шашками всех встречавшихся.
     Я решил уйти из штаба не через Дворцовый мост, а попытаться как-нибудь скорее выйти через арку Главного штаба на Морской улице до какой-нибудь боковой и далее окружным путем пройти на Петербургскую сторону. Вышел черным ходом через ворота, прямо выходящие на Морскую улицу. Далее - до угла последней и Невского. Там я увидел роту лейб-гвардии Семеновского полка, впереди которой шел полковник Риман.
  Некоторое время рота стояла в бездействии. Но вот на Невском проспекте и по обеим сторонам реки Мойки стали появляться группы людей - мужчин и женщин. Подождав, чтобы их собралось больше, полковник Риман, стоя в центре роты, не сделав никакого предупреждения, как это было установлено уставом, скомандовал:
- Прямо по толпам стрельба залпами!
После этой команды каждый офицер своей части повторил команду Римана. Солдаты взяли изготовку, затем по команде "Взвод" приложили винтовки к плечу, и по команде "Пли" раздались залпы, которые были повторены несколько раз. После пальбы по людям, которые были от роты не далее сорока-пятидесяти шагов, оставшиеся в живых бросились опрометью бежать назад. Через минуты две-три Риман отдал команду:
- Прямо по бегущим пальба пачками!
Начался беспорядочный беглый огонь, и многие, успевшие отбежать шагов на триста-четыреста, падали под выстрелами. Огонь продолжался минуты три-четыре, после чего горнист сыграл прекращение огня.
     Я подошел поближе к Риману и стал на него смотреть долго, внимательно - его лицо и взгляд его глаз показались мне как у сумасшедшего.Глаза смотрели перед собою, и было видно, что они ничего не видят.
   Наблюдая внимательно за Риманом, я не заметил, откуда в это время появился хорошо одетый человек. Приподняв шляпу левою рукою, подошел к Риману и в очень вежливой форме попросил его разрешения пройти к Александровскому саду, выражая надежду, что около Гороховой он, может быть, найдет извозчика, чтобы поехать к доктору. Причем он показал на свою правую руку около плеча, из разодранного рукава которой сочилась кровь и падала в снег.
  Риман сначала его слушал, как бы не понимая, но потом, спрятав в карман платок, выхватил из кобуры револьвер. Ударив им в лицо стоявшего перед ним человека, он произнес площадное ругательство и прокричал:
- Иди куда хочешь, хоть к черту!
Когда этот человек отошел от Римана, то я увидел, что все его лицо было в крови.
Подождав еще немного, я подошел к Риману и спросил его:
- Полковник, будете ли вы еще стрелять? Спрашиваю вас потому, что мне надо идти по набережной Мойки к Певческому мосту.
- Разве вы не видите, что мне больше не по кому стрелять, вся эта сволочь струсила и разбежалась, - был ответ Римана.
Я свернул вдоль Мойки, но у первых же ворот налево передо мною лежал дворник с бляхой на груди, недалеко от него - женщина, державшая за руку девочку. Все трое были мертвы. На небольшом пространстве в шагов десять-двенадцать я насчитал девять трупов. И далее мне попадались убитые и раненые. Видя меня, раненые протягивали руки и просили помощи.
Я вернулся назад к Риману и сказал ему о необходимости немедленно вызвать помощь. Он мне на это ответил:
- Идите своей дорогой. Не ваше дело.....
 Потом оказалось, что во время стрельбы вдоль разных улиц случайные пули убили и ранили нескольких лиц в их квартирах, находившихся на большом отдалении от мест стрельбы. Так, например, мне известен случай, что был убит сторож Александровского лицея в своей сторожке на Каменноостровском проспекте.
   Через некоторое время мне пришлось в штабе разговаривать о происшествии 9 января с одним из высших начальников войсковых частей гвардии. Под влиянием яркого еще впечатления о кровавом событии я не сдержал себя и высказал ему свое мнение.
  На мой взгляд, расстрел безоружных людей, шедших с иконами и хоругвями с какой бы то ни было просьбой к своему Монарху, была большая ошибка, которая будет чревата последствиями. Государю не следовало уезжать в Царское Село. Надо было выйти на балкон дворца, сказать успокоительную речь и поговорить лично с вызванными делегатами, но только из настоящих рабочих, прослуживших на своих заводах не менее десяти-пятнадцати лет.
  Теплое приветливое слово императора ко всей массе народа только подняло бы его престиж и укрепило бы его власть. Все событие могло обратиться в могучую патриотическую манифестацию, сила которой погасила бы голос революционеров.
    Расследованием было доказано, что все толпы народа шли к своему Государю совершенно безоружные. Народ хотел найти ответы на мучительные для них вопросы." - из воспоминаний капитана(в 1905г) Е.А Никольского который заведовал "Особым делопроизводством" при Военностатистическом отделе Главного штаба и отвечал за работу с военными агентами. Подготовил проект создания в России военной разведки.
+++++++++++++++++
    После Октябрьской революции лейб-гвардии Семеновский полк полк был переформирован в 3-й стрелковый, в 1919 отправлен воевать против Юденича, на сторону которого полк сразу же и перешел. В сражениях против красных полк потерпел поражение, отступил в Эстонию, где и разоружился, несколько бесславно завершив свою трехвековую историю. Часть офицеров-семеновцев и рядовых вернулись в Ленинград, где осели на разных сугубо гражданских работах. Лишь некоторые из них поддерживали отношения друг с другом, сводившиеся в основном к бытовым делам вроде продажи и обмена вещей.
   В 1930 году в Ленинграде обнаружился "контрреволюционный военно-офицерский заговор", в орбиту которого попало и несколько бывших офицеров-семеновцев. Так как о заговоре арестованные в общем-то мало знали, то им пришлось рассказывать на допросах о своем участии в подавлении революции 1905 года. С самих событий к тому времени прошло уже 25 лет, большинство основных действующих лиц были давно мертвы.
    Одиннадцать человек получили смертный приговор, девятерых осудили на различные сроки лишения свободы и отправили в лагеря, одного оправдали. В марте 1989 года всех осужденных по делу Семеновского полка реабилитировали.
+++++++++++++++++
    В декабре 1905 года Мин во главе Семеновского полка усмиряет Московское восстание. По воспоминаниям современников, Мин сам вызвался провести операцию, буквально уговорив Николая II отправить семеновцев на подавление бунта. Семеновский полк прибыл в Москву 15 декабря 1905 года, к новому году порядок в столице был восстановлен.
    В декабре 1905 года командующий Семеновским полком полковник Мин назначил полковника Н.К. Римана командиром специального карательного отряда.
    В Голутвине Риман творил расправу на глазах и своих же солдат, и большого количества свидетелей, не жалея ни подростков, ни стариков.
    До этого полковник Риман учавствовал в событиях Кровавого воскресенья 9 января 1905 года в качестве одного из командующих расстрелом и разгоном демонстрации.
    Исполнение Мином задачи было признано "блестящим". 7 января 1906 года Мин был произведен царем в генерал-майоры и зачислен в Свиту Его Императорского Величества, а также награжден орденом св. Владимира 3-й степени.

  13 августа 1906 года генерал-майор Г. А. Мин был убит на станции Новый Петергоф несколькими выстрелами в спину эсеркой Зинаидой Коноплянниковой. Убийство было публичным, на станции было много народу.
    По полконику Н.К. Риману большинство источников сходятся в том, что полковник Н.К. Риман был арестован в феврале или начале марта 1917 года и расстрелян если не сразу, то вскоре после Октябрьской революции.


2875_original

[+24 фото]

7a6c10633e22239bc1d486d5518873ad4b803151876REqRlNTfkazaki_tsarizmbradobreimoryachki3aba26690d458d29f9c2bf3200025_800f864d5a4f599221f405e56513d0b655c2be8SWScan00679_800c14069d895e61320605711_o438cJM1wR_orig1320604873_o438VqJSMD_orig1320605705_o438ytMnZU_orig1320605651_o438hRWuMV_orig1320605136_o438tmo9Lu_orig1320605827_o438Vz6oet_orig1320603776_2a4a8e875f5d2




promo oper_1974 июнь 28, 2013 23:25 256
Buy for 100 tokens
По мотивам статьи Ростислава Горчакова. "В январе 1940 года рейхсканцлер Адольф Гитлер дал немецкой судебной системе оценку: "Наши суды - медлительные ржавые машины по штамповке возмутительно несправедливых приговоров". И тут же поклялся, что лично займется делом восстановления…

  • 1
Все правильно, карателей к стенке. Жаль исторический полк, но новые гвардейцы при Сталине появились.

Через 25 лет пришла расплата.:)

Ты помнишь, как все начиналось...

Пользователь russobalt_k сослался на вашу запись в записи «Ты помнишь, как все начиналось...» в контексте: [...] Оригинал взят у в "Николай - усмиритель". [...]

"Николай - усмиритель".

Пользователь costarostov сослался на вашу запись в записи «"Николай - усмиритель".» в контексте: [...] Оригинал взят у в "Николай - усмиритель". [...]

слава императору

ОГПУ против расстрелов. Это как пчелы против меда.

То расстрелы при царском режиме а не при свободе,равенстве,братстве.

Да, Россиюшка мать...

Черт, как РПЦ пропустила Генерала Мина?
Святой человек, слуга царю!
Непременно надо канонизировать!

Полковника Римана тоже надо.
Мин дал Риману список из 75 человек который тот должен уничтожить,и Риман их лично находил и убивал без суда и следствия,только один из списка уцелел т.к. Риман его не нашел.
Ну и пока ехали в Москву постреляли крестьян и железнодорожников.

КАРАТЕЛЬНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ РИМАНА
(Рассказ очевидца)
http://www.booksite.ru/fulltext/gui/lya/rov/sky/2/57.htm

"Николай - усмиритель".

Пользователь aleksandrnnov сослался на вашу запись в записи «"Николай - усмиритель".» в контексте: [...] Оригинал взят у в "Николай - усмиритель". [...]

Есть такое сообщество foto_history - заповедник почитателей хрустящей булки, монархистовЪ, общечеловеков, доморощенных нацистов и просто убеждённого небыдла, есть конечно же и нормальные участники.
Запостите-ка этот мемуарЪ туда, с фотографиями баррикад на Пресне в 1905-м, уверен, начнётся срачЪ и громкий трескЪ шаблонов. Комментариев 300-500 гарантирую. )))

Послал,но там цензура:

"Ваша запись добавлена в очередь на модерацию. Она появится в сообществе в случае, если один из модераторов одобрит её."

Так что могут и зарубить.:)

  • 1