February 18th, 2018

фуражка

"Голубой Макс" пехотинца, 1918 год.

      "Я довольно часто наблюдал раненых в смертельном забытьи, когда ни шум боя, ни предельное напряжение человеческих страстей вокруг больше их не касались, и могу сказать, что и мне случилось побывать за этой завесой.
       Время, когда я был полностью без сознания, длилось, возможно, не очень долго - оно, по-видимому, равнялось промежутку, за который наша первая волна атакующих добралась до траншеи, куда я упал. Я очнулся с ощущением большой беды, зажатый между двумя глинистыми стенками. Крик "Санитара! Командир роты ранен!" скользнул вдоль цепи согнувшихся людей.
      Пожилой мужчина из другой роты участливо склонился надо мной, освободил от портупеи и расстегнул мундир. Два кровавых пятна кругами выступали на груди справа и на спине. Ощущение сковывающей тяжести тянуло к земле.
       От раскаленного воздуха узкой траншеи на теле выступил мучительный пот. Заботливый помощник освежал меня, махая моим планшетом. Задыхаясь, я с нетерпением ждал темноты.


Collapse )

25289585_1281849561958893_6392582517984460575_n.jpg


promo oper_1974 june 28, 2013 23:25 256
Buy for 100 tokens
По мотивам статьи Ростислава Горчакова. "В январе 1940 года рейхсканцлер Адольф Гитлер дал немецкой судебной системе оценку: "Наши суды - медлительные ржавые машины по штамповке возмутительно несправедливых приговоров". И тут же поклялся, что лично займется делом восстановления…
фуражка

"Алкоголики и шизофреники". Как ставят диагноз полицейским.

Правда ли, что сотрудников московской полиции десятками отправляли в гражданскую психиатрическую больницу под угрозой "не ляжешь добровольно - уволим"? Действительно ли они выходили оттуда с "волчьим билетом" алкоголика или шизофреника?

Случайная ошибка врачей или фальсификация документов и произвол? Ведь у многих диагнозы впоследствии не подтвердились. Но увольняли их все равно - ибо кто возьмет на себя ответственность за полицейского, только что выписавшегося из дурдома?

Этих четырех человек, решившихся поведать свои истории, объединяет только одно: все они - стражи порядка. Действующие - те, кому удалось отстоять свои права. И "экс" - те, кто опустил руки. "Изменить нашу систему бесполезно. Я просто стараюсь забыть все то, что со мной сделали", - говорит 42-летний Николай П., бывший старший группы задержания.


Collapse )