June 22nd, 2011

фуражка

Начало войны.На северо - западном направлении.Лето 1941 г.

Стихи mitrichu :      Выпиваешь, по первой, второй, закуриваешь,
И надобно поговорить,
Про войну, про сорок второй,
Про желание выжить и жить

Про то, как над степью гремел прибой,
Из орудийного рокота, и воя мин,
И про то, как мгновенностал ты седой,
И научился одновременно с этим без закуси пить

И научился быть живым,
В самой поганой минуте войны,
Когда тебя стал давить
Гусеницей, безразличной вполне

И крики хальт, и шорохи в овраге,
От осыпающейся под сапогом земли,
И как получил уже на переправе пулю,
И как тебя в лодке нашли...

И каждый рассказывает примерно ту же историю,
И льётся вино в стограммовый стаканчик,
И слеза неожиданно появляется,
И внук подбегает-мальчик

Деда, - говорит внук, о чём вы с друзьями
Говорили, о подвигах и о войне?
И ты утирая ладонью сырые глаза,
Отвечаешь - нет

 

 " В июне мы стояли в летних лагерях. Несли службу, занимались боевой учебой. Я был водителем полуторки.
16-го числа бригада выдвинулась к границе с Восточной Пруссией. На дневки останавливались в лесах. Маскировались. Отдыхали. Ночью двигались.
   Однажды к нам прибежал солдат из соседнего гарнизона, рассказал, что весь караул перебит литовцами, один он живой остался, потому что отдыхал в караульном помещении и оттуда незаметно смог уйти. Нам было приказано взять оружие и разобраться, что там происходит. Мы привели тех литовцев. Литовцы были злые, нахальные, говорили, что завтра, мол, вам немцы покажут, кто тут хозяин…
   По дорогам все эти дни ходили люди в советской милицейской форме. Ходят и ходят. Мы им не придавали особого значения. Думали: приграничная полоса, милиция тоже несет свою службу.
Вечером 21 июня перед отбоем мы натянули на дубах простыню и смотрели кинофильм
   Проснулись на рассвете от гула самолетов. Выскочили из палаток, смотрим: на востоке уже занялась заря, небо она охватывала далеко, а от летящих самолетов снова стало темно. Бомбардировщики и штурмовики летели сплошняком. С крестами, не наши. И все же не верилось, что началась война.
   Пролетели они над нами. Потом, смотрим, часть самолетов отделилась и перестроилась в отдельный косяк. Косяк этот тут же развернулся — и на нас. Один самолет сразу клюнул вниз, и из него будто горох посыпался…
"Ложись!" — закричали. Вокруг начали рваться бомбы.
   Самолеты заходили на бомбардировку снова и снова. Я лежал рядом с младшим лейтенантом Сидоренко. Что-то тяжело упало позади нас. Мы оглянулись, а там человек без головы лежит.
Во время третьего захода меня засыпало землей. Ребята подбежали, откопали.
    В ночь на 22-е командир нашей 28-й танковой дивизии полковник Черняховский командирам нескольких танковых полков приказал срочно передислоцироваться. Немцы бомбили пустой лес, где еще несколько часов назад стояли наши танки. Вот тебе и милиционеры на дорогах…
++++++++++++++
 Стали мы отступать. Горючего ни к танкам, ни к машинам не было. К утруCollapse )




promo oper_1974 june 28, 2013 23:25 257
Buy for 100 tokens
По мотивам статьи Ростислава Горчакова. "В январе 1940 года рейхсканцлер Адольф Гитлер дал немецкой судебной системе оценку: "Наши суды - медлительные ржавые машины по штамповке возмутительно несправедливых приговоров". И тут же поклялся, что лично займется делом восстановления…