oper_1974 (oper_1974) wrote,
oper_1974
oper_1974

Category:

Принципиальный старлей. Станция Ржава. Весна 1942-го...

   "Меня назначили командиром стрелковой роты у станции Ржава. Главный участок железной дороги находился у противника, и надо было не давать по ней движения. Дорога связывала Орёл, Курск, Белгород, Харьков. Противник крепко держал ближайший подход к станции Ржава. Недалеко от станции была речушка, на ней стояло село Волобуевка. Хотели овладеть этим селом и станцией, но сил не хватило. Противник полсела выжег, ни одного дома там не оставил, а сам занял часть, где дома уцелели. Нашим пришлось занять горелую часть.
    Отстояли день. Зима, холод, промокли, устали. Вечером спустились в погреба, а кордоны не выставили, решили, что ночью противник тоже ляжет спать. Ночью немцы почти всех перебили.

+++++++++
   Взяли этот рубеж. Немцы вышли на бугор, взяли наши винтовки, какие остались от убитых, и бросают их, показывают свои автоматы:
"Вот, мол, оружие, а вы куда со своим лезете?"

Я взял пулемёт и приказал бойцам: "Как только я дам очередь, чтобы все открыли одновременно огонь".
Ударили залпом, и ораторов не оказалось.
   Стрельба с их стороны была неактивная, а рота вела по ним огонь всё время. Продвижение вперёд было повзводно: один взвод впереди ведёт огонь, а другой поддерживает его своим огнём сбоку.Я все время не переставал стрелять, а политрук старался быть незамеченным.

   К вечеру бой кончился, немцы ушли на своё прежнее место. Принесли завтрак, обед и ужин.Я доложил, что взяли рубеж, и пошёл осмотреть поле боя. В развалинах лежал боец, оставшийся в живых от прежней роты. Все ноги у него были изрублены миномётными осколками. Он рассказал, что немцы всех убитых перетащили на свою сторону. Они это делали, чтобы убитые числились у нас как без вести пропавшие, а таких подозревали в дезертирстве. Солдату оказали первую помощь, уложили на салазки и отправили в тыл.
   
Потеряли половину состава. Остальным надо было отдохнуть с таким расчётом, чтобы все были готовы в любую минуту. Самому пришлось наблюдать за передним краем. Было ясно, что немцы на этом не успокоятся. У них было преимущество: они превосходно отдыхают в домах, в тепле, и их можно ждать к утру. Стало немного светать. На той стороне зашевелились. Дал сигнал бойцам выйти на передний край, и чтобы ни звука. Сам лёг к пулемёту: "Как начну, так все враз!"
    Хотя была плохая видимость, углядел, что подошла группа немцев, за несколько метров до передовой перестроилась, выровнялась в цепь. В это время все бойцы открыли огонь, и вражеская цепь исчезла. Наступил рассвет. Был по нам с утра до ночи миномётный огонь. Потерь не было. Неподалёку от этого места у противника было укрытие с полным обзором. К вечеру подумал, что там уже никого в живых нет, и пустил цепь, но тоже получил отпор. Решил ночь не спать, а только днём, наблюдать самому. Бойцам приказал:
- Как немец где покажется, пали!
- Товарищ командир, у нас был старый командир, он нам не разрешал стрелять. Ведь стреляные гильзы надо собирать и сдавать, тогда нам дадут патроны.
- Для этого есть трофейные команды,они пусть и собирают. А кто стрелять не будет, тот смотри - разговор короток.
- Товарищ командир, мы при старом командире придём на позицию, ходим, и немцы нас не трогали. Если попадётся новичок и откроет по ним огонь, тут - да, держись, и они поговорят.
- Да вот этого им и надо. Нет, я вам не прощу, если немец гуляет, а ты на него смотришь. Всем понятно?

- Всем.
- Кому не понятно, приди и спроси.

+++++++++++
   К рассвету, часам к четырём, на нашем переднем крае начался такой ураганный бой: стрельба из пулемётов, миномётов, противник обрушил весь огонь. Перед восходом солнца приказ: взять рубеж. Пошли, зашли с флангов. Противник быстро убрался. Но на другой день никого в живых из той роты не осталось. Когда стали разбираться в чём было дело, то выяснилась такая картина.
   Как только наступила ночь, командир со своим политруком забрались в землянку, а бойцы тем более: весь день простояли, надо ночью поспать. Вот в это время их всех и побили.
    Моей пришлось вернуться на передовую. Немцы подумали, что пришли новички, и стали ходить. Не тут-то было, снова заставили их ползать. Боеприпасов у них было много, мин - счёта нет, и иногда открывали огонь на весь день. Думают, что у нас уж никого и не осталось, земля вся словно шлаком покрыта. А потерь наших не было: ячейки, где размещались или пулемет, или по три бойца, были вырыты по склону не так, как им представлялось.
  Наступила весна. Выставили вторую роту для прикрытия флангов и тыла, чтобы враг не мог окружить. Снег подтаял, образовалось болото.
   Командиром батальона был приписник, который мало понимал в военном деле: зав. столовой, образование 7 классов. Он решил взять станцию Ржава, которая связывала Харьков, Белгород, Курск, Орёл и где находились неисчислимые запасы боеприпасов противника. Взять горсткой почти невооружённых людей. Пишет приказ командиру роты: в сию минуту взять станцию Ржава.
 
Полем подошли к станции Ржава. Враг тоже хитёр, он не первый день воюет: подпустил поближе и с трёх точек ударил кинжальным огнём.
   В это время была сильная метель, сырой снег. Вышли автоматчики. Какие солдаты оказались впереди, были убиты или ранены. Немцы постреляли по ним и ушли. В живых от роты остались я и три бойца, они были подальше и немцы к ним не пошли. Политрук в бою не участвовал, ещё до приказа на время боя ушёл в политотдел.
  Комбат приказал всех убитых и раненых перенести в тыл. Всех перетащили на руках и вернулись на старое место.
  В живых остался ещё писарь Давыдов. Хитрец был: как будет бой, ему кто-то об этом сообщал, и он докладывал: завтра к такому-то времени такие-то сведения требуют в штаб, оттуда захвачу питание. Приказ есть приказ, и за продуктами кого-то надо посылать.
++++++++++
На второй день прислали пополнение. Прозвали его "интернациональным": по-русски никто не знает.Я не знаю по-ихнему, политрук тоже.
- Что делать?
- Я не знаю. Ты командир.
Я осмотрел всех. Вот люди, от которых всё зависит. Непонятно, что лопочут, хвалят или ругают. Смотрит, один небольшой на вид, худенький татарин Мухаметдинов русским языком хорошо владеет.Я приказал двум старым бойцам остаться наблюдать, всем разойтись по землянкам, а Мухаметдинова забрал к себе в землянку и завёл с ним разговор: чей, откуда, какое положение. Он оказался крестьянином, колхозником.

- Пока будешь командиром отделения.
- Что вы, я никогда никем не руководил.
- Вот и будешь в первый раз.
- Меня слушаться не будут.
- Кто не будет, докладывай немедленно.

Пошли в землянку к солдатам.Я объявил, что Мухаметдинов назначается командиром отделения, и все его приказы надо исполнять.
  Мухаметдинов пояснил по ихнему, что он будет командир. У многих засияли лица, что будет свой командир.
Ночь проходила тревожно. Кадровых военных было только пять. На другой день нашёлся ещё один командир, Раисов, из рабочих, русским языком владел. Тоже дал согласие.
  Через день ещё дали пополнение с командиром взвода младшим лейтенантом Дёминым, побывавшим в боях. Разбили это пополнение по взводам и по отделениям. Политрук Лозовский взялся за дело.

  Появилась боевая спайка, с дисциплиной отлично. Установился распорядок: ночью не спать, только днём. У немца было много боеприпасов, и он привык много стрелять. Ущерба большого он не наносил, а его всё-таки заставили ползать на брюхе.
++++++++++
  Солдаты из соседней роты, которая прикрывала фланг, частенько уходили к немцу. Об этом я знал,мне сообщали о ЧП в соседней роте. Но об этом я в своей роте не говорил, и поставил дело так, чтобы бойцы обеих рот не общались.
 
Когда полностью растаял снег,я прошёл по территории посмотреть трофеи, нет ли чего нужного. Видит, идёт навстречу лейтенант, он был начальником штаба батальона, участник гражданской войны. Вынул из кармана бумажку:"В ваше распоряжение, на должность командира взвода".
Я как-то смутился: старый человек, и на должность комвзвода. Но приказ есть приказ.
- Сейчас ночь, завтра примете взвод.
Зашли в землянку, стали разговаривать.

- Что за причина, что тебя, старого, послали сюда?
- Да вас послали взять станцию без ведома разведки и приказа свыше, получили за вас продукты и на них устроили банкет, на банкет пригласили женщин. А я к этому не подхожу. Вот меня поэтому и перебросили к вам.
- Ложись и отдыхай, завтра примешь взвод.

Наступило утро, принесли завтрак. Позавтракали.Я дал новому комвзводу список его солдат.Распорядок в роте устоялся, всё укомплектовано, дела идут хорошо. С политруком вместе ходим, беседуем. Политрук грамотный, образованный, инженер.
+++++++++++
Как-то обошёл свою территорию, решил: дай, загляну к соседу. Бойцы сидят кучками, о чём-то беседуют.
- Где ваш командир и политрук?
- Вон в той землянке. Они к нам почти не показываются.
Дай зайду к ним покурить.Вошёл в землянку.

Командир с политруком с виду молодые и по разговору будто в каких-то школах учились.Я им:
- Товарищи, весна, а вы белые халаты всё не скинете.
Закурили, стали разговаривать обо всём, где что случилось. Политрук задаёт вопрос:
- А почему к тебе прислали начальника штаба?
- Как он мне сказал, он им больше не пара.
- Почему?

Я рассказал о банкете.
"А как вы думаете, - спрашиваю я, - скоро вас свои бойцы к немцам отведут? Надо из землянки выходить и находиться с бойцами".
  Оба с лица то побелеют, то почернеют.Я покурил, взял табачку на папироску, вышел.
Время было вторая половина дня. Открылась дверь землянки, политрук той роты куда-то побежал. Что ж, у каждого своё дело. Он, несмотря на грязь, добрался до политотдела, и там начали разматывать весь клубок со взятием станции Ржава. Мигом исчезли командир батальона и комиссар.
 
На другой день, когда принесли завтрак,я смотрел за порядком, чтобы всё было нормально. Откуда ни возьмись, появился политрук, который бегал в политотдел, и объявляет:"Я комиссар батальона Кочетков.Как с дисциплиной в роте?".
  Командир отделения Мухаметдинов, самый лучший боец, сидел и завтракал, а винтовку поставил к каменной стене от разрушенного дома. В левой руке котелок, в правой ложка. Комиссар хватает его винтовку и нацелился в него, тот побелел, кусок застрял в горле.Я стоял рядом с политруком, выбил у него из рук. винтовку и пуля не попала. Заводить скандал и ходить по политотделам времени не было.Дал по голове разок."Марш с передовой. Чтобы больше я тебя у себя не видел!"
И больше я его в своей роте не видал."
- из воспоминаний ст.лейтенанта 40-й армии К.Ролдугина.


Tags: вторая мировая, наши
Subscribe

promo oper_1974 june 28, 2013 23:25 256
Buy for 100 tokens
По мотивам статьи Ростислава Горчакова. "В январе 1940 года рейхсканцлер Адольф Гитлер дал немецкой судебной системе оценку: "Наши суды - медлительные ржавые машины по штамповке возмутительно несправедливых приговоров". И тут же поклялся, что лично займется делом восстановления…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 77 comments