oper_1974 (oper_1974) wrote,
oper_1974
oper_1974

Categories:

"Немцы погибли от дури".

      "В Москву я попал на формирование дивизии, которая прибыла с Волховского фронта на отдых. Нас, молодых, необученных, поставили к бывалым фронтовикам. Погрузили в эшелон - и под Сталинград.
      25 июня я призвался, а 15 июля уже был под Сталинградом. Я не представлял себе ни службы, ни вооружения, не умел стрелять, не умел приветствовать.
        Но в Горьком я жил у тетки в полной нищете, получал в ФЗУ стипендию 80 рублей - но что это такое? Разве на них проживешь? Я не знал, что оценить выше: одиночество и голодную жизнь или войну. Во-первых, я не представлял, что такое война, что там делают, на войне.
        А вот в Горьком я знал, что с голоду умру. В магазинах ничего нет. В армии тяжело, страшно, опасно, жизнью торгуешь, но там хоть кормят, хоть какая-то дисциплина есть.



8gAFEu1KQFZNYPnsDrcmvw=s800.jpg

        Мы поехали с командиром батареи первый раз на рекогносцировку, то есть на выбор огневой позиции, с которой мы должны стрелять. И попали под обстрел. Первый раз под обстрел.
        Он-то фронтовик, уже привык к этому. А я не знал, куда себя деть: полетел снаряд - думаешь, слава богу, пролетел. Все сидели под пнями яблоневыми. Посмотришь - один плачет, другой плачет. Но не думаю, что это те, кто были в первый раз: там плакали, наверное, те, кто оставил семьи, детей оставил.
        А молодежь... Я не знаю, лично не ощущал ни страха, ни такого состояния, что жалко с жизнью прощаться. Страх был, конечно, но не такой предметный. Потому что все вместе, все сидим в одной машине, на огневой позиции все орудия таскаем одинаково. Это судьба: попало - значит погиб, а пролетело - значит жить будешь. Пока.

43389418264_9a068eaf04_o.jpg

        Мы сосредоточились в населенном пункте Псковатка - от Сталинграда километров 30. А немец просчитался: до него не донесли, что группировка уже закончена. Он продолжал летать в окружение и сбрасывать своим войскам продукты, боеприпасы, снаряжение. Но все немцы уже были пленены, войны никакой не было.
       Утром мы встаем и видим: на перекрестке валяется парашют и большая-большая бомба. С дивизионов звонят, говорят, что им сбросили ящики со снарядами, с патронами, с пистолетами.
       Мы все всполошились, собрались около места падения. Смотрим - не взорвалась. Тогда мы парашют отцепили, стали открывать. Открыли люки, а там продовольствие: шоколад, мармелад, печенье, хлеб, папиросы, сигареты, все-все! Всем хочется попробовать, но боимся.
       Говорим врачу, давай пробуй первый. Он взял продуктов, покушал, проглотил. Потом ни с того ни с сего как закричит не своим голосом и засмеется! Вся бригада пришла, к вечеру уже ничего от этой кучи не осталось.
       В Псковатке было большое количество пленных немцев. Это было ужасное зрелище: они валялись на земле, а ведь мороз, январь месяц. А они были обуты в деревянные чеботы. Все лежали на спине обессилевшие, не могли даже повернуться. И вот идешь, а он: "Рус, поверни". Так они лежали, дожидаясь смерти.

sistema_zalpovogo_ognya_katyusha_2.jpg

       Никто не верил в победу, когда мы в первые два месяца уже под Москвой были после наступления, какой тут мог быть разговор о победе, когда мы отступали, отступали, отступали?
       Под конец-то, конечно, когда мы стали идти вперед и только вперед, появилась вера в победу. Очень радостно было, когда в 45 году 30-й корпус Ленинградского военного округа проходил по Литейному. Такой солнечный день был.  Вообще-то, диву даешься, как могли мы такую войну выиграть. Это страшно.
       Я думаю, потому что, во-первых, наш солдат - очень воинственный солдат, наш офицерский состав умный и командование вооруженными силами было неплохое. Но в основном, конечно, это солдат, люди. Людей очень много погибло, поэтому и победа получена.
        Большое дело - тыл, он сильно помогал. Мы в нашей части не ощущали недостаток ни в питании, ни в боеприпасах, ни в вооружении. Я не знаю, откуда только это все брали. Надо же такую армию, 5-10 миллионов человек, прокормить. Во-вторых, все-таки немец показал себя жестоким, фашистом - в обращении с мирными гражданами, с противниками, с нами.
        Они же беспощадно нас уничтожали. А у нас соответствующая реакция была - ненависть. Немцы погибли от дури: им нужно было взять Россию, а Россию взять оказалось не так просто.

647.jpg

        Нашу дивизию после Сталинграда перебросили на Орловско-Курскую дугу, где она участвовала во взятии Брянска и Орла. После окончания наступления на Брянском фронте мы попали на 1-й и 2-й Прибалтийские фронты.
         Когда война закончилась, я уже в звании старшего сержанта вернулся в Ленинград, где закончил военную артиллерийскую академию, затем был направлен в Семипалатинск - служить на атомный полигон." - из воспоминаний гвардейского минометчика ("Катюши") А.Ф.Грошева.


2405465_original.jpg2405372_original.jpg


Tags: вторая мировая, наши
Subscribe
promo oper_1974 june 28, 2013 23:25 252
Buy for 100 tokens
По мотивам статьи Ростислава Горчакова. "В январе 1940 года рейхсканцлер Адольф Гитлер дал немецкой судебной системе оценку: "Наши суды - медлительные ржавые машины по штамповке возмутительно несправедливых приговоров". И тут же поклялся, что лично займется делом восстановления…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments