oper_1974 (oper_1974) wrote,
oper_1974
oper_1974

Categories:

"Фашисты-тюремщики" унизили дагестанца-заключенного.

"Я тоже отказался есть кашу с этой ложки, после чего с меня сняли спортивные штаны, бросили на матрац и стали кашу ложкой засовывать мне в задний проход, затем изнасиловали черенком швабры...  Один из силовиков топтал Коран и бил открытой ладонью, а не кулаком, что мусульмане воспринимают как дополнительное унижение".

Освободившийся на днях из омской исправительной колонии N7 Руслан Сулейманов рассказал адвокату правозащитной организации "Русь сидящая" Вере Гончаровой о том, как его и других заключенных пытали надзиратели. Эти данные подтверждаются и из других источников.




С Гончаровой Сулейманова свел ее подзащитный Павел Фролов, этапированный в ИК-7, о которой ходит дурная слава, в 2016 году.

После новогодних праздников 2018 года Павел сообщил, что его в колонии избили. Травмы зафиксировать не удалось, поскольку работники медсанчасти проигнорировали его просьбы о встрече.

1 мая с Гончаровой встретился Руслан Сулейманов, действовавший по просьбе Павла и сидевший в соседней камере. По словам бывшего заключенного, после избиения Павла "выносили на руках или на простынях, потому что у него отказали ноги". Это Руслан понял из обрывков разговора сотрудников ФСИН.

По словам дагестанца Сулейманова, вместе с ним в колонию поступили 17 осужденных. Всех их сразу же подвергли унизительной процедуре - каждый должен был съесть гречневую кашу с одной и той же ложки "обиженного" (заключенного из низшей касты).

Это было не только нарушением правил гигиены, но и преподносилось сотрудниками ФСИН как "унизительная церемония поступления новичка для отбывания наказания".



Согласно тюремным понятиям, прикосновение к "опущенному" осужденному или предмету, которым он пользовался, приводило к тому, что второй заключенный тоже попадал в самую низшую касту.

"В случае если человек отказывался есть кашу с этой ложки, его толкали на матрац с подушкой, которая была пропитана мочой. Я тоже отказался есть кашу с этой ложки, после чего с меня сняли спортивные штаны, бросили на матрац и стали кашу ложкой засовывать мне в задний проход", - вспоминает Сулейманов.

Поскольку он сопротивлялся, мужчине высыпали всю тарелку каши между ягодиц. Затем его изнасиловали черенком швабры. Руслан, протестуя, порезал себе живот и шею. После этого четверо сотрудников ФСИН стали удерживать его, а один из них помочился на его раны, приговаривая, что "это нужно для дезинфекции".

По мнению Гончаровой, пытки были прекращены именно из-за порезов, нанесенных Русланом самому себе. "Трупы никому не нужны", - поясняет адвокат.

Через полмесяца Сулейманову передали отказ в возбуждении уголовного дела. В нем было изложено, что заключенный совершил членовредительство, поскольку не хотел отбывать наказание в Омске. Мужчине также пригрозили ежедневными пытками, если он продолжит писать жалобы. В итоге Сулейманов смирился.

Руслан посоветовал адвокату при посещении колонии обратить внимание на верхние перекладины в камерах-"клетках": они все истерты. "Как выяснилось, подвешивание в "стакане" - пытка, достаточно распространенная в ИК-7.

"Стакан" - это такая узкая клетка, в которой возможно только стоять, - объясняет Вера. - Применяется за неисполнение любых требований сотрудников. От Руслана требовали, чтобы он прокукарекал, причем в это время на нем сидели двое надзирателей".

После пыток Руслан оказался в омской больнице N11, где ему дали инвалидность из-за полученной травмы лопатки и нарушения работы руки.

Сулейманов также отметил, что, подвешивая заключенного в "стакане", надзиратели заправляют его штаны в носки. "Они же в туалет не выводят, и если в туалет захочешь, чтобы прямо в штаны это все, чтобы ничего на пол не попадало", - добавил он.

По словам Сулейманова, тюремщики применяли и психологические пытки. Один из силовиков топтал Коран и бил Руслана открытой ладонью, а не кулаком, что мусульмане воспринимают как дополнительное унижение. Кроме того, такой удар практически не оставляет следов.

Причем унизить заключенного как мусульманина стремился другой мусульманин - сотрудник ФСИН Шадубек Хаджибекович Мохтамбеков, утверждает Руслан.

Его, уже практически терявшего сознание, собирались пытать током. Но в последний момент в помещение зашел старший надзиратель Иван Тиде, который распорядился прекратить издевательства.



По словам Гончаровой, пытки электричеством являются "распространенной процедурой: клеммы цепляют на разные части тела, особенно больно, когда на соски и половые органы".

При поступлении в карантин заключенных раздевают догола и приказывают танцевать "медляки" парами. По словам омского адвоката Салама Мусаева, пытки с сексуальным насилием применяются давно, в том числе в изоляторах.

Семь-восемь лет назад в СИЗО-3 одному заключенному засунули в задний проход ножку от стула. Также было несколько случаев, когда "в задний проход вставляли шланг и подключали его к крану с водой, включали сильный напор воды, и несколько человек погибли от разрыва органов".

"Фашизм", который "разрастается"

Надеяться на "официальных" правозащитников, которые все больше "встраиваются в систему", заключенным не приходится. Например, один из руководителей Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) в Омской области был начальником областного СИЗО-1, о котором тоже идет дурная слава.

"Система общественного контроля, к сожалению, потерпела крах - на последних выборах в ОНК вошли большей частью представители силовых структур. Понятно, что это делается ради того, чтобы сохранить закрытость системы. Очень трудно привлечь кого-то к ответственности, зафиксировать следы незаконного воздействия. Система покрывает сама себя. И разрастается", - говорит Гончарова.

По показаниям Сулейманова Вера Гончарова разослала обращения в Следственный комитет и прокуратуру. Она также планирует в ближайшее время отправиться в Омск, чтобы узнать о судьбе своего подзащитного и "привлечь к ответственности садистов".

"Бороться с этим можно, только добиваясь наказания виновных, - говорит Гончарова. - Хотя бы одно-два дела. Ведь все становится только хуже. Это фашизм какой-то".

Юрист сетует, что доказать непричастность человека к инкриминируемому ему преступлению все сложнее, даже когда это очевидно. Судьи фактически выполняют функции обвинителей.

Оправдательных приговоров становится все меньше: по статистике за 2017 год, их около 0,01 процента. И большинство оправдательных приговоров, как бы мало их ни было, все равно отменяются вышестоящей инстанцией.

"Система штампует приговоры и отправляет на зону, чтобы и так послушная масса населения стала еще более управляемой, не требуя никаких прав и свобод", - заключила Гончарова.

По данным омской правозащитницы, эксперта фонда "За права заключенных" Ирины Зайцевой, в регионе три СИЗО и 14 колоний, в каждой из которых содержится 1,5-2,5 тысячи заключенных. Более 80 процентов освободившихся из них возвращаются назад.

"Российская система исполнения наказаний не исправляет, а калечит. УФСИН - это своего рода "государство в государстве", - говорит Зайцева.

https://www.sibreal.org/a/29211617.html

https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/05/13/76435-lomka-omsk?utm_source=push


Руслан Сулейманов.




Tags: криминал
Subscribe

promo oper_1974 june 28, 2013 23:25 257
Buy for 100 tokens
По мотивам статьи Ростислава Горчакова. "В январе 1940 года рейхсканцлер Адольф Гитлер дал немецкой судебной системе оценку: "Наши суды - медлительные ржавые машины по штамповке возмутительно несправедливых приговоров". И тут же поклялся, что лично займется делом восстановления…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 208 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →